Срок или «медленное уничтожение»: что Кремль будет делать с Навальным, который возвращается в Россию

Алексей Навальный объявил о своем возвращении в Россию — он намерен прилететь в Москву в воскресенье, 17 января. С августа 2020 года он проходил реабилитацию после отравления в Германии. При этом 29 декабря Следственный комитет возбудил в отношении Навального уголовное дело о мошенничестве в особо крупном размере. Позднее ФСИН за уклонение от инспекции пригрозил изменением его условного срока по делу «Ив Роше» на реальный — 29 января Симоновский районный суд рассмотрит соответствующее представление федерального органа. В своем видеообращении Навальный отметил, что власть делает все возможное, чтобы не допустить его возвращения в Россию.

Владимир Роменский обсудил решение Навального и возможные последующие действия властей с политологом, сотрудником Карлова университета Александром Морозовым и профессором МВШСЭН Григорием Юдиным. 

По мнению Морозова, решение Навального иррациональное, но доблестное. Он отметил возможность любого варианта исхода событий: посадка в тюрьму, продолжение многолетнего давления со стороны правоохранителей, и даже выход в публичное политическое пространство.

Юдин, напротив, считает решение Навального рациональным, поскольку в России есть запрос на политическую альтернативу, а после отравления о нем узнало еще больше людей. По его мнению именно то, что один Навальный может составить конкуренцию президенту Владимиру Путину, а вовсе не возможные уголовные сроки, представляет основную угрозу.

tvrain.ru

«Протесты в Беларуси не спадут до Рождества». Политолог Александр Морозов — о второй волне противостояния

13 сентября в Беларуси проходит протестная акция «Марш героев» против режима президента Александра Лукашенко. Телеканал «Белсат» со ссылкой на платформу «Голос» сообщает, что протест обещает стать рекордным по количеству участников. По данным МВД Беларуси, в Минске задержаны около 250 протестующих. Сменятся ли в республике одиночные задержания массовыми арестами и как долго продлится протестная активность? Об этом мы поговорили с политологом Александром Морозовым.

Павел Лобков

Здесь и сейчас

Дождь