Россия без пути. Почему альтернативную историю для нулевых годов представить себе почти невозможно

Завтра исполнится 20 лет со дня назначения Владимира Путина исполняющим обязанности премьер-министра Российской Федерации и де-факто преемником Бориса Ельцина.  Вопрос о назначении Путина в 1999 году очень хорошо изучен политическими историками. Мог ли Ельцин сделать свой выбор в пользу другой кандидатуры? Совокупность обстоятельств: доверие со стороны Ельцина и семьи, отсутствие высокого негативного рейтинга, способность продолжать борьбу с чеченским сепаратизмом, опыт экономической деятельности и понимание механизмов российской и глобальной экономики, чиновник класса «А»  эти требования сильно сужали возможность выбора. Если бы это был не Путин, это должен был быть подобный «путин». 

Читать далее «Россия без пути. Почему альтернативную историю для нулевых годов представить себе почти невозможно»

Будущее токсичной страны

В Монако продолжают расследование в отношении миллиардера Рыболовлева, в Греции пресса выясняет, какое влияние на здешнюю политику оказывал ростовский миллиардер Саввиди. В США вскоре ожидают результатов расследования спецпрокурора Мюллера, где уже засветились несколько российских миллиардеров. Контекст «нормального» сотрудничества с Россией стремительно исчезает, и целая страна становится токсичной для любого западного партнера.

Года через два при таком интенсивном потоке расследований весь контур угроз со стороны России будет установлен. Все партизанские активности будут преданы гласности. Уже сейчас факт того, что какой-то европейский политик в прошлом сотрудничал с адвокатом, который — среди прочего — обслуживал и русских — становится темой публикации. Токсичность будет все глубже уходить в пласты прошлого. Конфликт ведет к тому, что контекст сотрудничества, который был до Крыма, стремительно исчезает. Под вопрос ставятся и контакты всех периодов путинизма.

Читать далее «Будущее токсичной страны»

Кремль и украинская автокефалия. Схватка будет жестокой

Начался второй и очень сложный этап маршрута к украинской автокефалии. На первом этапе — от апрельского публичного обращения Петра Порошенко к константинопольскому Патриарху Варфоломею и до подтверждения в сентябре намерения Константинополя дать томос — шла в основном полемика и были переговоры. Но 7 сентября стало известно, что патриарх Варфоломей направил в Киев двух епископов-экзархов, ни у кого не осталось сомнений в том, что томос будет. На первом этапе в центре событий была историко-церковная и богословская проблематика — кто может предоставлять автокефалию, приведет ли это к расколу мирового православия и т.д. Она сохраняет свое значение, но теперь на первый план выходит другой вопрос.

Читать далее «Кремль и украинская автокефалия. Схватка будет жестокой»

Бойцы воображаемого фронта. Как пропаганда оправдывает оккупацию Чехословакии

По 1968 году опубликовано много: документы Политбюро и КГБ, мемуары, собраны фото- и видеосвидетельства, каждый может прочесть стенограммы длинных телефонных разговоров Брежнева и Дубчека, они тоже опубликованы. Может быть, история вторжения — одно из самых хорошо задокументированных и открытых для широкого читателя политических событий ХХ века, во всяком случае с российской стороны. И вот теперь, наблюдая «юбилейный» 9-минутный сюжет главного российского телеканала, любой может убедиться, как легко можно переставить местами паззлы отдельных эпизодов, чтобы получить новую картину.

Читать далее «Бойцы воображаемого фронта. Как пропаганда оправдывает оккупацию Чехословакии»

Иронический кисель как питательная среда для реанимации Сталина

Несомненно, что Сталин вернулся. Когда я был молодым, в образованной среде Сталина почитали только крепкие антисемиты. Имелась небольшая интеллектуальная секта внутри советских литераторов-почвенников, которые считали, что все большевики были евреями, а Сталин их истребил в пользу русского народа во время партийных репрессий. Поэтому они считали Сталина как бы «великим вождем русского народа». Но это был жесткий и патологический маргинализм. Потому что остальная часть — пусть и почвенников — все-таки считала, что Сталин истребил казачество, «деревню», Церковь и вообще все, что хоть как-то было связано с дореволюционной культурой. То есть, как теперь сказали бы, «был консенсус» относительно того, что сталинизм — это людоедство и народное горе.

Читать далее «Иронический кисель как питательная среда для реанимации Сталина»

Зима будет долгой. Но персональное сопротивление не теряет своего смысла

На этой неделе в Берлине во второй раз состоялся двухдневный Форум Бориса Немцова. 9 октября политику, убитому три года назад, исполнилось бы 58 лет. Мероприятие организовал Фонд, созданный по инициативе его дочери, журналистки Жанны Немцовой. Политолог Александр Морозов принял участие в мероприятии и рассказал The Insider, что общего между такого рода форумами и монастырями во время набега орды.

Можно было написать новому губернатору Глебу Никитину: давайте проведем Форум Бориса Немцова не в Берлине, а в Нижнем Новгороде. Это было бы логично: Немцов был там губернатором, там его помнят, там друзья его юности. Но как? Даже если Глеб Никитин — это прогрессивный молодой «технократ», это невозможно. На мемориальный форум памяти Бориса Немцова приезжают люди, входящие в «черный список» Кремля: лидеры гражданских организаций, объявленных «иностранными агентами», журналисты-расследователи, против которых силовики в разные годы заводили уголовные дела, активисты движения «Солидарность», которые вынуждены были из-под «болотного дела» уйти в Европу в статусе политических беженцев, историки и социологи, исследующие общество, которому что-то не нравится… Получается, что ежегодный конгресс памяти Бориса Немцова никак нельзя провести в России. И это — явный симптом. Это выразительное доказательство особенностей нашего времени. Поэтому — в Берлине.

Жанна Немцова на семь лет младше нового губернатора. Он родился в 1977 году, а она в 1984, ей сейчас 33. Она в Европе, работает на Deutsche Welle, делает там заметную авторскую программу. Я слышал несколько ее выступлений, в том числе в Европарламенте. По-моему, любой кто с ней говорит, обнаруживает совмещение прямоты, жесткого характера и одновременно деликатности и ума. Она всегда подчеркивает, что цель всего, что она делает — это не «политика», а просто намерение поддержать память об отце.

За три года с его убийства она сделала многое: создала Фонд Бориса Немцова, добилась того, что в ПАСЕ создана специальная группа по подготовке доклада о расследовании,  присуждает ежегодную премию: в 2016 году ее получил Лев Шлосберг, в 2017 — Ильдар Дадин. И сейчас в сотрудничестве с Карловым университетом в Праге создает Центр Бориса Немцова. Она проводит осенью ежегодный Форум Немцова в Берлине, в этом году на него съехалось более 300 участников.

Тут есть люди очень известные и уже многие годы занятые каким-то своим гуманитарным делом — Зоя Светова, Ольга Романова, Сергей Пархоменко и др., есть известные художники и писатели — Владимир Мирзоев, Дмитрий Врубель, немецкий писатель Владимир Каминер, Алиса Ганиева и др., исследователи Василий Гатов, Мария Снеговая. Специально для Форума в этом году Сергей Серов и Марат Гельман открыли выставку плаката. Форум — возможность раз в год собраться вместе российским гражданским активистам и обсудить в кулуарах, кто и что планирует и что можно сделать вместе.

Кремль продолжает методично давить на независимые общественные организации с помощью клейма «иностранный агент». Уже половина из 150 таких организаций под давлением штрафов приняли решение закрыться, многие открываются уже на территории других стран. Людей выдавливают из страны через непрерывное колесо устрашающих обысков, диффамации и хулиганских уличных нападений. Но многие остаются в стране, несмотря на все ухудшающуюся общественную атмосферу.

На Форуме были ставшие недавно муниципальными депутатами Илья Яшин, Илья Азар, Юлия Галямина. Ни у кого нет иллюзий: четвертый срок Путина будет для российского общества изнурительным. Многие считают, что после мундиаля — как и после зимней Олимпиады в Сочи в 2014 году — от Кремля можно ожидать чего угодно. Путин будет закручивать гайки, и противостоять эту практически невозможно: за четыре года после протестов 2011–2012 годов Кремль выстроил глубоко эшелонированную систему: Росгвардия, контроль за интернетом, новые законы, криминализующие по желанию властей любую независимую политическую деятельность. Поэтому вопрос стоит о том, как сохранить хоть какие-то институции — хотя бы такие заслуженные и известные в Европе центры, как Московская школа политических исследований (ныне Школа гражданского просвещения) Елены Немировской или Содружество журналистов-расследователей Григория Пасько.

При этом организаторы Форума, как сказала Жанна Немцова на открытии, решили не сосредотачиваться на российской оппозиционной тематике, а поставить ее в более широкий контекст: мировая угроза демократии со стороны новых популистских сил, размывание универсальных основ, на которых держится мир после окончания Второй мировой войны. Это очень важно, потому что в Европе сегодня на первый план выходят политики, которые готовы пойти на компромисс с новыми популистскими и авторитарными режимами. Одни — ради сохранения экономического сотрудничества, другие — в рамках борьбы с США, третьи просто рассчитывают за счет одноразовых заявлений выиграть выборы. Поэтому форум в Берлине — международный. В нем участвуют и депутаты Европарламента, и руководители европейских медиа, и немецкие политики. Те, кто исходит из тезиса: «Если демократия в кризисе, это не значит, что мы должны быть на стороне тех сил, которые ее погубят».

Персональное сопротивление даже в условиях полной невозможности одолеть систему не теряет своего смысла

Усилиями многих людей Борис Немцов становится — как и, например, Вацлав Гавел — не только национальным, но и международным символом персонального сопротивления узурпации власти в современных обществах. «Свобода стоит дорого» — эти слова Бориса Немцова повторила российский писатель Алиса Ганиева. Персональное сопротивление — даже в условиях полной невозможности одолеть систему, даже тогда, когда все независимые институты уже раздавлены — не теряет своего смысла. Этот опыт будет оставаться влиятельным до тех пор, пока люди и сообщества стремятся быть свободными, стремятся самостоятельно распоряжаться своим будущим.

Многие скептически спрашивают: в чем смысл таких форумов? Стоит ли собираться, если невозможно ни отстоять перед лицом «машины давления» нормальную атмосферу в стране, ни успешно защитить конкретных людей от преследований? Да, «зима будет долгой». Но именно поэтому любая «институция свободы» так важна. «Мемориал» и Сахаровский центр, центр Ельцина в Екатеринбурге и Европейский университет в Санкт-Петербурге, фестиваль Оруэлла-Кафки в Калининграде и художественный фестиваль Марата Гельмана в Черногории, Фонд Бориса Немцова в Германии и фестиваль KULTURUS в Праге.

Редакции некоторых медиа, гуманитарные кафедры российских университетов и многие-многие другие точки образуют сегодня географическую карту, напоминающую карту расположения монастырей во время набега орды. Одни удержали оборону, другие разорены, набеги повторяются. Но эта карта очень важна, и каждая институция «длинного действия» — форум, фестиваль, ежегодный конкурс, как, например, у Дмитрия Зимина или Михаила Ходорковского, театральная площадка или редакция — это единственный способ «сохранять энергию» в условиях длинной зимы.

The Insider. Зима будет долгой. Но персональное сопротивление не теряет своего смысла